Освоение земель в годы великого голода: ращу хлеб и балую нежного мужа

Стихия дерева, карманное пространство, любимый муж, крепкая семья, целина и хозяйство, сладкая история, оба сильные, лёгкий юмор.

Только открыла глаза — а бабка уже продала её за восемь лянов. Душа лучшего агронома тридцатого века очнулась в Северной пустоши: хуже начала не придумаешь! Ничего: порвать брачный договор, отделиться от родни и переиграть всё заново. Сто му отравленной земли? Голод кругом? Это ненадолго.